sfera.fm

  1. С футболом у нас пока не очень получается. Зато чемпионат мира по парадоксам мы выиграли бы в одни ворота. Вот, скажем, в России в минувшем году случился рекордный урожай, а качественного зерна для хлеба днём с огнём не сыщешь. Ну, разве недостойна эта, как говорил бывший тренер «Зенита» Властимил Петржела, дураковина первого места?!

    Читать полную версию

  2. О происхождении слов написаны тонны умных страниц. А вот о том, кто, когда, а главное, зачем придумал лексические единицы сливать в аббревиатуры, наука умалчивает. И это, как мне кажется, не просто косяк учёных, а часть некого заговора, в основе которого лежит желание сильных мира сего обмануть и облапошить доверчивых граждан.

    Читать полную версию

  3. Вопреки настойчивым пожеланиям президента увеличить экспорт сельхозпродукции в ближайшие шесть лет с нынешних $21 млрд до $45 млрд, многие российские аграрии выступают против такого энергичного роста поставок всего и вся за рубеж… Интересно, кто победит в этом батле?

    Звучит нелепо, но с фактом не поспоришь: одним из основных поставщиков валюты в российские закрома начиная с 9-го века и заканчивая веком 17-м была… пчела! Продукция именно этого насекомого – воск и мёд – пользовалась огромным спросом в тогдашней Европе.

    Читать полную версию

  4. Эта тенденция не обошла стороной и Россию: в начале августа 2017 года глава Россельхознадзора Сергей Данкверт заявил, что ведомство усилит контроль за содержанием антибиотиков в мясной продукции российских производителей. Сегодня европейский и российский подходы концептуально отличаются: в ЕС использование кормовых антибиотиков запрещено из-за риска возникновения «супербактерий»; в России уполномоченныеслужбы следят за соответствием мяса, яиц и молока установленным санитарным нормам. Однако в ближайшем будущем ситуация в корне изменится: российским компаниям придется столкнуться с серьезными ограничениями, регламентирующими использование кормовых антибиотиков.

    Читать полную версию

  5. В Минсельхозе уверены: отечественные сыровары в течение ближайших пяти лет смогут полностью импортозаместиться. Пройдёт совсем немного времени, говорят чиновники, и на полках российских магазинов станет тесно от рокфора, пармезана, бри и рикотто, произведённых не по ту сторону границы, а в российских городах и весях. Вопрос, а так ли нам нужны эти сыры с труднопроизносимыми названиями?

    Читать полную версию

  6. Ежедневно мы перерабатываем 150–180 тонн молока, и это не предел

    Читать полную версию

  7. Напомним, что безлактозная продукция попала под продуктовое эмбарго в августе 2014 года. В соответствии с Постановлением Правительства Российской Федерации от 7 августа 2014 года № 778 «О мерах по реализации указов Президента Российской Федерации от 6 августа 2014 года № 560, от 24 июня 2015 года № 320, от 29 июня 2016 года № 305 и от 30 июня 2017 года № 293» по 31 декабря 2018 года введен запрет на ввоз в Российскую Федерацию сельскохозяйственной продукции, сырья и продовольствия, страной происхождения которых являются Соединенные Штаты Америки, страны Европейского союза, Канада, Австралия, Королевство Норвегия, Украина, Республика Албания, Черногория, Республика Исландия и Княжество Лихтенштейн. Безлактозное молоко довольно быстро исключили из списка запрещенных продуктов – оно было необходимо людям с непереносимостью лактозы, а собственного безлактозного молока в России практически не производилось. «На специализированное безлактозное молоко и специализированную безлактозную молочную продукцию для диетического лечебного питания и диетического профилактического питания запрет на ввоз не распространяется», – подчеркивает Министерство сельского хозяйства в ответ на редакционный запрос. Но контроль над импортом безлактозной продукции ужесточился: предпринимались попытки ввоза обычной продукции под видом безлактозной. Порядок ввоза безлактозного молока и молочной продукции устанавливался письмом Россельхознадзора № ФС-ЕН-2/16853 от 4 сентября 2014 года, в котором к ввозимой продукции предъявлялся целый ряд требований. В 2015-м были введены дополнительные правила для импорта безлактозной и сырной продукции: для этого требовалось получить сертификат на ввоз продукции для диетического и профилактического питания. Также были запрещены «пищевые или готовые продукты, изготовленные по технологиям производства сыра и содержащие 1,5 мас. % или более молочного жира». В ноябре 2017 года Россельхознадзор сообщил об отсутствии случаев выявления безлактозной молочной продукции, несоответствующей ветеринарно-санитарным требованиям безопасности. Данных о том, какие объемы безлактозного молока производятся в России в настоящий момент, нет. Согласно ответу Министерства сельского хозяйства, Росстат не проводит сбор информации о безлактозной молочной продукции, так как объемы ее производства небольшие. Об этом же говорят и представители Национального союза производителей молока («Союзмолоко»), оценивая его долю как крайне низкую: десятые доли процента от общего объема производства питьевого молока в России. Нет и точных данных о том, какое количество россиян по состоянию здоровья должно употреблять безлактозную продукцию. Министерство сельского хозяйства говорит о 15–20 % населения. Мы решили узнать у производителей безлактозной продукции, как они чувствуют себя спустя три года после эмбарго и как видят развитие этого сегмента рынка. Ответы оказались осторожными, особенно с точки зрения расширения ассортимента безлактозной продукции. Что говорят производители Финский концерн Valio производит безлактозные продукты с 2001 года. Благодаря специально разработанной технологии, продукция содержит менее 0,01% лактозы, и ее могут употреблять люди с самой высокой степенью непереносимости углевода. При этом продукты сохраняют полезные свойства молока, богаты кальцием, витаминами В и D, йодом и белком. По лицензии компании продукты без лактозы производятся в Швейцарии, Норвегии, Нидерландах, Германии, Южной Корее и ОАЭ. Безлактозная продукция под брендом компании экспортируется из Финляндии в Данию, страны Балтии и в Швецию. По данным Valio, порядка 30 % россиян в той или иной степени страдают от непереносимости лактозы. Для российских потребителей безлактозное молоко Valio Eila производится на заводе, расположенном в финском городе Туренки, с 2008 года. Безлактозное молоко под этим брендом можно найти на прилавках магазинов почти по всей стране – от Калининграда до Хабаровского края. «Спрос на безлактозное молоко заметно растет. Продажи Valio Eila за 2017 год выросли в 10 раз», – сообщает пресс-служба компании, отмечая, что Valio планирует в дальнейшем расширять представленный в России ассортимент безлактозной продукции. В момент подготовки публикации поступила информация о том, что компания запускает продажу безлактозного мороженого в России. Мороженое будет представлено четырьмя разными вкусами и попадет в ценовую категорию премиум-сегмента. ГК «Лосево», которая в начале 2017 года приобрела технологию производства безлактозного молока, а в октябре отгрузила первую партию продукции в фирменную торговую сеть, оценивает количество россиян, нуждающихся в молоке, свободном от лактозы, в 16–18 % населения. «Лосево» стало первой компанией в Ленинградской области, выпускающей безлактозное молоко. Объем инвестиций в производство безлактозного молока составил 200 тыс. евро, потенциальная мощность выработки данного продукта – 6 тонн в сутки (в настоящий момент производится 1 тонна). Появление новой продукции в ассортименте компания объясняет потребностями целевой аудитории:

    Читать полную версию

  8. …Большая литература в большом долгу перед овощами. Сконцентрировав всё своё внимание на разумном представителе животного сообщества, она абсолютно игнорирует остальных обитателей планеты.

    Читать полную версию

  9. На хлебе зарабатываем мало, это наш «якорный продукт»

    Читать полную версию

  10. Ввоз кондитерских изделий в Россию в январе-феврале 2018 года вырос по сравнению с аналогичным периодом предыдущего года на 42 % – до 40,1 тыс. тонн на сумму 136,1 млн долл. Если в 2013–2014 годах на импортные кондитерские изделия приходилось 9–12 % от их общего потребления в России, то по итогам 2017 года только 7 %. Кризисные явления 2015 года сильно повлияли на российский рынок кондитерских изделий. Резкое ослабление рубля, снижение доходов населения, шоковый рост цен на сладкое и многие другие факторы привели к тому, что потребители стали сокращать свои траты или переходить с дорогих видов кондитерских изделий на более доступные и менее подорожавшие. Уже в то время более половины ввозимых в Россию кондитерских изделий приходилось на дорогую продукцию из западноевропейских стран. Именно в высоких ценовых сегментах в первую очередь произошел резкий отток потребителей.

    Читать полную версию